Фотография из удостоверения личности Маркуса Биртига, также известного как Мордехай Гебиртиг (август 1940г.)USHMM, предоставлено еврейским научно-исследовательским институтом истории
Rikle Glezer photo.

Во второй половине 30-х годов антисемитские настроения гитлеровского режима распространились по всей Европе. Число погромов и нападений на евреев стремительно росло в Германии, Австрии, Польше, Чехословакии и Прибалтийских государствах. Еврейские общины веками жили под постоянной угрозой погромов, но частота проявлений и уровень насилия в эти годы вышли на совершенно новый уровень. В марте 1936 года банды "правых" попытались разгромить еврейские лавки в маленьком польском городке Пшитык. Евреи, недавно организовавшие Лигу Самообороны, сумели оказать сопротивление, хотя соотношение сил было не в их пользу, да и оружия не хватало. Один из нападавших умер от полученных ран. В ответ поляки устроили кровавый погром, во время которого десятки евреев были ранены, а одна семейная пара погибла, оставив сиротами троих маленьких детей. На суде евреев, оказавших сопротивление погромщикам, обвинили в нападении и убийстве и приговорили к тюремному заключению. Эти события всколыхнули всё еврейское сообщество. Среди потрясенных произошедшим был и известный идишский поэт и сочинитель песен Мордехай Гебиртиг. Его ответом на случившееся стала песня "Горит" (ид. транслит. Es Brent). После войны, которая унесла жизнь Мордехая Гебиртига, его пророческая песня стала одним из самых известных произведений, увековечивших историю Холокоста и страдания жертв нацистов.

Мордехай Гебиртиг родился в Кракове 4 мая 1877 года. Его настоящее имя - Маркус Биртиг. Сын бедного лавочника, он обучался мастерству столяра, но уже в юности его влекла эстрада: он сам научился играть на флейте, затем стал актером. Биртиг привлек себе внимание писателя Авраама Райзена. Под его влиянием Бертиг начал сочинять музыку, которая позже принесла ему известность, а также создал первые эстрадные ревю и песни. Позднее он взял сценический псевдоним Гебиртиг. Во время Первой Мировой Войны он служил в австро-венгерской армии, хотя на фронт не попал так как был отцом трёх малолетних дочерей и к тому же имел слабое здоровье. Он работал санитаром в военном госпитале. Благодаря этой работе он общался с людьми разных национальностей: чехами, венграми, сербо-хорватами и румынами и имел возможность познакомиться с их национальной музыкой.

Сочинения Гебиртига быстро стали популярными. В 1920 году он опубликовал первый поэтический сборник "В народном стиле" (ид. трансл. Folkstimlekh). В 1936 году друзья поэта опубликовали его сборник "Мои песни" (ид. трансл. Mayne Lider). Во вступлении к этому собранию критик Менахем Кипнис назвал Гебиртига "идеальным еврейским народным поэтом". Продолжая традиции еврейских народных поэтов, Гебиртиг написал песни на многие свои стихи. Хотя он не знал нотную грамоту, он часто напевал или наигрывал на флейте несколько нот во время работы. Обычно Гебиртиг не сочинял мелодию к словам, скорее придумывал слова к уже готовой мелодии. Его успех как актера в идишском театре побудил многих режиссеров трансформировать песни Гебиртига в театральные сцены или пьесы. Именно благодаря работе в идишском театре он подружился с музыкантом Юлианом Гофманом, который распознал и поддержал таланты Гебиртига, записывая и транскрибируя его музыку. Гофман сыграл ключевую роль и в послевоенном восстановлении наследия Гебиртига.

В годы между двумя мировыми войнами политическая деятельность Гебиртига становится все более активной, развиваются классовая сознательность и еврейское самосознание поэта и композитора (он был как членом Польской Социалистической Партии, так и Бунда). Один из его друзей вспоминал страсть Гебиртига к сочинительству:

Иногда Гебиртиг впадал в подобие гипнотического транса. Это состояние было знаком того, что новая песня рождается в его голове… когда бы он ни пообещал принести новую песню на собрание, он всегда держал свое слово… об авторском праве речи тоже не шло. К песням Гебиртига относились как к общественной собственности.

Современным историкам песни Мордехая Гебертига помогают понять повседневную жизнь польских евреев в межвоенные годы, жизнь, которая была уничтожена Холокостом. Тесно сотрудничая с многими представителями творческих и "левых" интеллигенских кругов Польши, Гебиртиг пользовался всеобщими уважением и любовью. Кроме сборников поэзии, он создал бесчисленное множество колыбельных, песен о жизни на дне, на улицах и тяготах бедняцкого существования. Писал он и о своей любви к Польше. В произведениях Гебертига находит выражение его возмущение поведением некоторых поляков, их антисемитизмом и симпатизированием немцам. Успех песни "Горит" только упрочил репутацию Гебертига; спустя годы после войны один из старых друзей вспоминал концерт, который Гебиртиг дал в 1939 году в Краковской кофейне "Szmatka": "Я увидел его и услышал, как он поёт песню "Горит" в своей торжественной манере. Я видел пророка перед собой, с огнем, пылающим в глазах".

В первые годы войны большинство евреев были изгнано из Кракова. В ноябре 1940 года Гебиртиг с женой и дочерьми поселился в близлежащей деревушке, где евреи, лишенные заработка, приемлемого крова, пищи и медицинской помощи, влачили жалкое существование. Гебиртиг отдал многие из своих рукописей своему другу Гофману, который сумел сохранить их в  военные годы. Среди окружающих невзгод, в страхе перед будущим, ожидавшим его самого и его товарищей, Гебиртиг пишет стихи, полные горя и отчаяния. Когда в январе 1942 года начались ежедневные депортации евреев в лагеря смерти,  песни Гебертига стали еще пессимистичнее и мрачнее. Песни двух минувших лет, исполненные веры и надежды, такие как  "Минуты доверия" (ид. транслит. Minutn fun bitokhn), уступили место песням плача, таким как "Когда-то у меня был дом" (ид. транслит. Gehat Hob Ikh A Heym), "Моя мечта" (ид. транслит. Mayn Kholem) и "Звон колоколов" (ид. транслит. Glokn-Klang).

В марте 1942 года семью Мордехая Гебиртига депортировали в Kраковское гетто. Здесь поэт продолжил выступать и сочинять песни. В своем родном городе он вновь встретился со многими своими друзьями артистами.
В последнюю неделю мая 1942 года Гебиртиг тайно встретился с дочерью своего друга Гофмана. Он передал ей стихи, которые сочинил после высылки из Кракова. В мае 1942 года Гебертиг пишет свое последнее стихотворение - циничную и горькую тираду, заканчивающуюся саркастическим припевом: "Всё хорошо, всё прекрасно, лучше и быть не может". 4 июня 1942 года нацисты окружили гетто и начинали загонять евреев в вагоны для перевозки скота. Крики солдат сопровождались выстрелами: они расстреливали тех, кто шел слишком медленно, сбивая шаг, или был слишком болен и слаб, чтобы оставаться на ногах. Среди первых евреев, убитых на пути к вагонам, был Мордехай Гебиртиг. Поэт и его жена погибли, но их дочери сумели спрятаться в укрытии и спастись.

Список литературы

Fater, Y., 1970. Yidishe muzik in poyln tsvishn beyde velt-milkohmes, Tel Aviv: Velt federatsye fun poylishe yidn.  

Kalisch, S. & Meister, B., 1985. Yes, We Sang! Songs of the Ghettos and Concentration Camps, New York: Harper and Row.  

Rosen, P., 2002. Bearing witness: a resource guide to literature, poetry, art, music, and videos by Holocaust victims and survivors, Westport, Conn.: Greenwood Press.  

Schneider, G. ed., 2000. Mordechai Gebirtig, his poetic and musical legacy, Westport, Conn.: Praeger.  

Silverman, J., 2002. The Undying Flame: Ballads and Songs of the Holocaust, Syracuse University Press.