Людвиг Виттельс

Людвиг Теодор Виттельс (Ludwig Theodor Wittels) на протяжении девятнадцати лет был первым скрипачом Венского филармонического оркестра и оркестра Венской государственной оперы. В юности его признавали выдающимся талантом — вундеркиндом, который учился у прославленного чешского виртуоза Отакара Шевчика (Otakar Ševčík) и который однажды привёл в восторг Рихарда Штрауса неоднократными исполнениями скрипичного концерта этого композитора. В марте 1938 года, через считаные дни после нацистской аннексии Австрии, Виттельс был уволен из оркестра по расовым основаниям. В феврале 1940 года он бежал в Соединённые Штаты, но последовавшие годы были отмечены ненадёжной занятостью, ухудшающимся здоровьем и психологической травмой, от которой он так и не оправился. Его мать, Шарлотту Виттельс, которую он был вынужден оставить в Вене, в декабре 1941 года депортировали в Ригу и убили там в возрасте семидесяти одного года. Виттельс умер в Нью-Йорке в 1956 году, в шестьдесят лет, от рака лёгких, в сильной бедности и всё ещё снедаемый памятью о том, что было сделано с ним восемнадцатью годами ранее.

То, что мы знаем о жизни Виттельса, происходит главным образом из работы историка Бернадетты Майрхофер (Bernadette Mayrhofer), которая составила подробный биографический очерк по архивным источникам в рамках запоздалого осмысления Венским филармоническим оркестром своего нацистского прошлого. Многое из того, что излагается далее, опирается на её исследования, дополненные институциональной историей оркестра, трудом «Оркестрированное изгнание» (Orchestrierte Vertreibung) Фрица Трюмпи (Fritz Trümpi) и Майрхофер, а также мемуарами бывших председателей филармонического оркестра Отто Штрассера (Otto Strasser) и Хуго Бургхаузера (Hugo Burghauser).

Вундеркинд в Вене

Виттельс родился в Вене 21 марта 1896 года. Его обучение игре на скрипке началось рано и продвигалось быстро. После подготовительных занятий с Альфредом Розе (Alfred Rosé) в Музыкальной академии он в 1912 году поступил в Школу высшего мастерства по классу скрипки (Meisterschule). Эта школа, основанная в 1909 году под руководством Шевчика, была элитарной: вступительный экзамен в неё был особенно труден, и согласно её уставу она была призвана отбирать лучших выпускников музыкальных классов и доводить их до высочайшего уровня художественного мастерства. Виттельс завершил обучение и получил государственный диплом в июне 1914 года, в возрасте восемнадцати лет. Затем он играл в венской Народной опере (Volksoper) и в Венском симфоническом оркестре, а в 1917–1918 годах служил в военном оркестре Императорского и королевского 4-го пехотного полка «Хох-унд-Дойчмайстер» (Hoch- und Deutschmeister). 1 марта 1919 года, в двадцать два года, он поступил в оркестр Венской государственной оперы и в Венский филармонический оркестр.

Два бывших председателя филармонического оркестра впоследствии писали о нём. Отто Штрассер описывал выдающуюся музыкальность Виттельса и отмечал, что тот был среди группы очень многообещающих молодых виртуозов. Хуго Бургхаузер вспоминал случай, когда Рихард Штраус спонтанно выбрал самого молодого скрипача, сидевшего на последнем пульте, для исполнения соло. Публика, писал Бургхаузер, увидела крошечную фигурку, чьи ноги не доставали до пола и болтались взад-вперёд, и решила, что ей представляют новооткрытого вундеркинда. Виттельс же попросту остался очень низкого, детского роста.

О частной жизни Виттельса до 1938 года известно немного. 17 мая 1930 года он женился на Маргарете Эдль (Margarethe Edl), католичке. Незадолго до свадьбы он вышел из Еврейской общины (Israelitische Kultusgemeinde). Брак, по-видимому, был бездетным.

Чистка

23 марта 1938 года, через одиннадцать дней после аншлюса, дирекция Венской государственной оперы разослала своим музыкантам-евреям официальные письма об увольнении. Виттельса письменно уведомили, что он отстраняется от службы с немедленным вступлением в силу. Уведомление завершалось формулой «С немецким приветом. Дирекция Государственной оперы». По нацистским расовым категориям он был отнесён к «полным евреям».

Виттельс был одним из тринадцати членов-евреев, изгнанных из Венского филармонического оркестра. Чистка была стремительной и основательной: собственный исторический очерк филармонического оркестра фиксирует, что все артисты-евреи были удалены, а их объединение за короткое время распущено. Из тринадцати изгнанных семеро не сумели бежать из Австрии. Пятеро — Мориц Глаттауэр (Moriz Glattauer), Виктор Робичек (Viktor Robitsek), Макс Штаркман (Max Starkmann), Юлиус Швертка (Julius Stwertka) и Армин Тиролер (Armin Tyroler) — были депортированы в концентрационные лагеря и убиты. Ещё двое умерли в Вене в результате преследований. Коллеги-неевреи, оставшиеся в оркестре, напротив, продолжали выступать. К концу войны примерно половина остававшихся оркестрантов состояла в нацистской партии. Некоторые процветали. Филармонический оркестр дал свой первый Новогодний концерт 31 декабря 1939 года — мероприятие, задуманное как пропагандистское орудие нацистского режима, сборы от которого передавались в нацистский благотворительный фонд, инициированный Гитлером.

За увольнением Виттельса последовали почти два года страха и бюрократических унижений. К концу войны на бывшей австрийской территории было принято около 250 антиеврейских законов. В декабре 1938 года Виттельс был вынужден выбирать между единовременным выходным пособием в размере трёхмесячного оклада и уменьшенной пенсией, начинающейся с шестидесяти лет. Он выбрал единовременную выплату и попросил выдать её заранее, поскольку рассматривал ангажемент в Шанхае — одном из немногих мест в мире, которые ещё принимали еврейских беженцев без визы. От этого плана впоследствии отказались. В октябре 1939 года филармонический оркестр выплатил ему дополнительно 198 рейхсмарок. Его жена Маргарете, причисленная нацистской идеологией к «арийцам», не сопровождала его в бегстве. Впоследствии она дважды выходила замуж.

Бегство и изгнание

Бегство Виттельса стало возможным благодаря Джеральду Феликсу Варбургу (Gerald Felix Warburg), виолончелисту из видной немецко-американской банкирской семьи, который предоставил поручительский аффидевит, необходимый для въезда в Соединённые Штаты. Отец Варбурга, Феликс М. Варбург (Felix M. Warburg), был видной фигурой в Американском еврейском объединённом распределительном комитете («Джойнт»), который с конца Первой мировой войны оказывал помощь нуждающимся евреям по всей Европе. Джеральд Варбург и сам был музыкантом — он дебютировал как виолончелист с Нью-Йоркским филармоническим оркестром и был активным покровителем европейских музыкантов, оказавшихся в трудном положении. Проезд Виттельс оплатил сам.

6 февраля 1940 года Виттельс сел на пароход «Рекс» (Rex) в Генуе. В списке пассажиров Варбург был записан как его «друг» в Нью-Йорке. В качестве ближайшего родственника, остававшегося в Европе, Виттельс указал свою мать, Шарлотту, по адресу на Бюргершпитальгассе (Bürgerspitalgasse) в Вене. Он прибыл в Нью-Йорк 15 февраля 1940 года, в возрасте почти сорока четырёх лет.

Его мать, Шарлотта Виттельс, родившаяся 4 апреля 1870 года, была депортирована в Ригу 3 декабря 1941 года и убита там. Ей был семьдесят один год. Его отец, Зигхард, умер в ноябре 1941 года, за несколько недель до того, как Шарлотту изгнали из их квартиры.

Препятствия, с которыми Виттельс столкнулся в Соединённых Штатах, не были присущи лишь ему одному, но усугублялись его обстоятельствами. Музыканты-беженцы, прибывавшие в Америку в этот период, наталкивались на целый ряд системных барьеров. В Соединённых Штатах вновь прибывшим иммигрантам первые полгода было запрещено работать. В Британии, куда бежали несколько австрийских музыкантов, Союз музыкантов поддерживал общий запрет на работу для иммигрирующих музыкантов и активно добивался отказа в трудоустройстве даже отдельным исполнителям-беженцам. Швейцария считала себя лишь транзитной страной, и по её настоянию был введён печально известный «штамп „J“» (J-Stamp) для пометки паспортов германских евреев. Даже те беженцы, что нашли приют в Соединённых Штатах, попадали на конкурентный рынок, на котором, как писал Арнольд Шёнберг из Лос-Анджелеса собрату по изгнанию в 1940 году, «стало довольно трудно раздобыть места. Здесь так много одарённых людей».

Для оркестровых исполнителей — в отличие от прославленных дирижёров и композиторов, которые занимают более заметное место в рассказах о музыкальном изгнании, — положение было особенно тяжёлым. Дирижёры вроде Бруно Вальтера и Фрица Райнера (Fritz Reiner) могли брать гостевые ангажементы. Композиторы вроде Эриха Вольфганга Корнгольда могли приспособиться к написанию музыки для голливудского кино. Но рядовой скрипач, прибывший в среднем возрасте и не имевший связей, какими мог бы располагать прославленный солист, имел очень мало возможностей. Положение Виттельса усугублялось состоянием здоровья, которое он напрямую связывал со своим преследованием. В заявлении в одно из австрийских агентств помощи он описал причинённый ему ущерб: «Моё насильственное увольнение из Государственной оперы и из филармонического оркестра причинило мне тяжёлые душевные муки. У меня развились клаустрофобия и крайнее нервное расстройство, и ни то ни другое не идёт на пользу музыканту. Поэтому я не мог выступать как солист, как делал это прежде».

Клаустрофобия и панические атаки — психологические последствия преследования и бегства — полностью перекрыли ему сольную карьеру. Ему оставалось бороться за любую ансамблевую работу, какую он мог найти.

Соответственно, его первые три года в Америке были нестабильными. Его вторая жена, Катя Дубек (Katia Doubek), на которой он женился в изгнании (дата не зафиксирована), позднее писала, что после эмиграции «ему пришлось туго: он был вынужден играть в оркестрах похуже». Сохранившиеся свидетельства показывают лишь разрозненные ангажементы: выступление с оркестром Варбурга на радиостанции WQXR в мае 1940 года; выступление в «День австрийской свободы в Нью-Йорке» 31 июля 1941 года вместе с Хуго Бургхаузером перед более чем двумя тысячами человек под лозунгом «Первая жертва Гитлера борется за свободу»; и работу с «Зальцбургскими музыкантами» (Salzburg Players) — ансамблем примерно из двадцати восьми музыкантов, в основном бывших участников Венского филармонического оркестра, собранным Бургхаузером, — в Бернардсвилле, штат Нью-Джерси, в 1942 году. Он также брался за различную краткосрочную работу вместе с бывшими коллегами по филармоническому оркестру Бертольдом Заландером (Berthold Salander) и Йозефом Герингером (Josef Geringer). Из этих троих Заландер, прибывший в Нью-Йорк одним из последних транспортов беженцев в мае 1941 года, так и не сумел устроиться и был хронически болен вплоть до своей смерти в 1959 году. Герингер прошёл более мучительный путь: он был заключён в концентрационный лагерь Дахау, прежде чем в 1939 году его освободили благодаря вмешательству Вильгельма Йергера — того самого человека, который был поставлен председателем филармонического оркестра в нацистские годы.

В 1943 году Виттельс получил место в оркестре «Метрополитен-опера» в Нью-Йорке, и его занятость наконец стабилизировалась. Но сезон «Метрополитен» в военные годы был коротким — всего шестнадцать недель спектаклей, после которых следовало несколько недель гастролей. Музыкантам приходилось искать другую работу на остаток года — задача, осложнённая порочным кругом: другие наниматели неохотно брали музыкантов из «Метрополитен», которые уйдут, когда возобновится оперный сезон. В письме своему бывшему коллеге по филармоническому оркестру Леопольду Фёдерлю (Leopold Föderl) в августе 1947 года Виттельс изложил эту проблему: «Когда наша последняя поездка завершилась, у нас были записи, а затем несколько оперных спектаклей в Карнеги-холле. Так я был занят до июля… Бесконечный поиск работы! Во многих других местах нам отказывают, потому что не хотят нанимать музыкантов из „Метрополитен“, которые уйдут, когда начнётся следующий оперный сезон». Лишь в 1966 году — спустя десятилетие после смерти Виттельса — сезон «Метрополитен» был продлён так, чтобы охватывать большую часть года.

Несмотря на эту неустроенность, Виттельс, по-видимому, был ценимым музыкантом. Заметка в «The Musical Leader» в 1946 году отмечала его как концертмейстера третий сезон подряд. «Opera News» в 1949 году отмечал, что он учился у Шевчика и играет в «Метрополитен» уже пять сезонов.

Медаль для голодающего

В декабре 1952 года Виттельс был удостоен медали Николаи (Nicolai) от Венского филармонического оркестра вместе с шестью другими бывшими участниками, вытесненными во время аншлюса: Хуго Бургхаузером, Риккардо Однопозовым (Riccardo Odnoposoff), Даниэлем Фальком (Daniel Falk), Леопольдом Фёдерлем, Йозефом Герингером и Бертольдом Заландером. Церемония состоялась в Генеральном консульстве Австрии в Нью-Йорке в январе 1954 года, во время гастролей филармонического оркестра. Первоначально она планировалась на 1948 год. «Нью-Йорк таймс» сообщила об этом событии под заголовком «Запоздало» (Overdue).

Стоит отметить, на какое время пришёлся этот скромный жест. Первые гастроли филармонического оркестра по США состоялись в 1956 году — щедро профинансированное предприятие, впервые представившее оркестр американской публике. В том же году Людвиг Виттельс умирал в нью-йоркской больнице, по существу в нищете, и его просьбы о финансовой поддержке от своего бывшего оркестра привели, согласно труду «Оркестрированное изгнание», к переписке, в которой председатель и исполнительный директор филармонического оркестра обвинили его и его жену в «шантаже». В конце концов оркестр выделил сумму, составлявшую малую долю средств, отведённых на американские гастроли.

На протяжении десятилетий после войны филармонический оркестр скрывал или преуменьшал свою историю нацистского периода. Лишь в 2000-х и 2010-х годах, после критических публикаций и политического давления, он поручил работу независимым историкам — в том числе Трюмпи, Майрхофер и Оливеру Раткольбу — и начал публиковать более полную документацию об изгнаниях и их жертвах. Скрипач Даниэль Фальк, приглашённый вернуться в филармонический оркестр в 1946 году, отказался, ответив, что возвращение «подняло бы вопросы», которые ни он, ни его коллеги были не в состоянии разрешить.

Последние месяцы

В июне 1956 года, в возрасте шестидесяти лет, Виттельс был вынужден покинуть оркестр «Метрополитен». У него был рак лёгких, осложнённый плевритом, пневмонией и диабетом — последний из которых его жена связывала с накопившимся стрессом преследования и изгнания. Он не знал всей сути своего диагноза; его жена и врачи сошлись на том, что ему не следует об этом говорить.

Катя Виттельс неоднократно писала в австрийский Hilfsfonds (буквально «Фонд помощи») — фонд вспомоществования, учреждённый австрийским парламентом в январе 1956 года после долгих переговоров и под давлением Соединённых Штатов. Название фонда было намеренно эвфемистичным: Австрия не желала создавать впечатление, будто признаёт хоть какую-то ответственность за нацистские преступления, и выплаты официально квалифицировались как помощь, а не как компенсация. Выплачиваемые суммы колебались от 10 000 до 30 000 австрийских шиллингов в зависимости от возраста и степени нетрудоспособности. По обменному курсу 1950-х годов — 26 шиллингов за доллар — максимальная выплата в 30 000 шиллингов составляла примерно 1150 долларов. Даже по меркам 1950-х это была ничтожная сумма для человека, который из-за государственного преследования потерял карьеру, страну и мать.

Hilfsfonds отвечал на заявление Виттельса с бюрократической медлительностью. Заверенное медицинское заключение д-ра Курта Йеллинека (Kurt Jellinek) подтверждало, что Виттельс полностью нетрудоспособен и что его не следует уведомлять о собственном состоянии. Катя Виттельс писала письмо за письмом, в конце концов привлекши к делу подругу в Вене. Венской бюрократии она описывала американскую систему здравоохранения с отчаянной точностью: «Здесь, в этой стране, на больничный отводится меньше времени, чем в Европе. А во что это обходится! Одни только лекарства способны опустошить карманы».

К началу декабря 1956 года Виттельс весил примерно семьдесят семь американских фунтов — около тридцати пяти килограммов — и то попадал в больницу Ленокс-Хилл (Lenox Hill), то выписывался из неё. У супругов не было дохода, кроме небольшой пенсии от Государственной оперы около девяноста долларов в месяц, и не было никакого имущества.

Людвиг Виттельс умер 13 декабря 1956 года в больнице Ленокс-Хилл. Его жена была рядом с ним. Она и медицинский персонал скрывали от него природу его болезни до самого конца.

Кате Виттельс в конце концов присудили компенсацию в 30 000 австрийских шиллингов, выплаченную двумя частями в апреле 1957 года и в ноябре 1958 года. Она также получала пенсию вдовы от Государственной оперы в размере сорока пяти долларов в месяц. Была ли она сама жертвой нацистских преследований, не установлено.

Документальный след Людвига Виттельса после 1945 года скуден — горстка концертных заметок, несколько упоминаний в эмигрантских газетах, отдельные дела о компенсации. Нет свидетельств ни о значительной сольной карьере, ни о каком-либо возвращении к той публичной известности, которой он пользовался в Вене. Продолжал ли он играть на местном или частном уровне в свои последние годы — не зафиксировано. Само это молчание есть своего рода свидетельство: художественная личность, выстраивавшаяся девятнадцать лет в одном из самых прославленных оркестров мира, была разрушена и так и не восстановлена.

Бернадетта Майрхофер, чьи архивные изыскания служат основным источником биографии Виттельса, заключила, что травма изгнания из филармонического оркестра разрушила его мир. Физически он выжил, но был навсегда снедаем преследованием и гибелью своей матери. Его жена Катя, писавшая в Hilfsfonds в феврале 1957 года, описала это просто: «Он говорил об этом постоянно. Все эти годы это снедало его изнутри. Он ложился с этим спать и вставал с этим по утрам».

«Музыка и Холокост» (Music and the Holocaust), 2026 г.

Источники

Mayrhofer, Bernadette. “Ludwig Theodor Wittels (Violin I).” Vienna Philharmonic Historical Archive. www.wienerphilharmoniker.at/en/orchestra/history/nationalsozialismus

“The Vienna Philharmonic under National Socialism.” Vienna Philharmonic. www.wienerphilharmoniker.at/en/orchestra/history/nationalsozialismus

Trümpi, Fritz, and Bernadette Mayrhofer. Orchestrierte Vertreibung [Orchestrated Expulsion]. Vienna.

“Vienna Philharmonic Publishes Report about Its Nazi Past.” World Jewish Congress. www.worldjewishcongress.org/en/news/vienna-philharmonic-publishes-report-about-its-nazi-past

“The Vienna Philharmonic Reveals Its Nazi Past.” Deutsche Welle. www.dw.com/en/the-vienna-philharmonic-reveals-its-nazi-past/a-16665755

“Vienna Philharmonic.” Holocaust Music. ORT. holocaustmusic.ort.org/politics-and-propaganda/vienna-philharmonic/

“Vienna Philharmonic to Honor Players Lost in World War II.” New York Times, 23 December 2022. www.nytimes.com/2022/12/23/arts/music/vienna-philharmonic-stumbling-stones.html

“Music and Musicians Persecuted during the Holocaust.” Encyclopedia.com.

“Judeo-German Musicians Exiled to the United States (1933–1944).” EHNE: Encyclopédie d’histoire numérique de l’Europe.

Strasser, Otto. Und dafür wird man noch bezahlt. Mein Leben mit den Wiener Philharmonikern. Vienna, 1974.

Burghauser, Hugo. Philharmonische Begegnungen. Erinnerungen eines Wiener Philharmonikers. Zurich, 1979.

Weinzierl, Erika. Zu wenig Gerechte. Österreicher und die Judenverfolgung 1938–1945. Graz-Wien-Köln, 1986.

Thumser, Regina. Vertriebene Musiker: Schicksale und Netzwerke im Exil 1933–1945. Dissertation, Salzburg, 1998.

Bailer-Galanda, Brigitte. Die Entstehung der Rückstellungs- und Entschädigungsgesetzgebung. Vienna and Munich, 2003.

The Musical Leader, Volume 78, Page 24, 1946.

Opera News, Volume 13, Issues 13–24, 1949.

Compensation files for Katia and Ludwig Wittels, Zahl 08973/3a/30, AdR – Hilfsfonds.

Passenger list records, SS Rex, February 1940.

Documentary Archives of the Austrian Resistance (DÖW). www.doew.at