МИХАИЛ ГНЕСИН

Михаил Гнесин был российским композитором еврейского происхождения, учителем и основателем Общества еврейской народной музыки. Произведения Гнесина, в которых переплетаются русский и еврейский музыкальные стили, написаны под влиянием русского модернизма, французского импрессионизма, а также еврейской и идишской народной музыки. Хотя Михаил Гнесин не преследовался напрямую ни одним из режимов, он подвергался угрозе со стороны как нацистского, так и советского антисемитизма. Гнесин был единственным советским еврейским композитором, которого запрещали нацисты. Фортепианное трио Михаила Гнесина, «В память о наших погибших детях», соч. 63, было одним из первых произведений советской музыки, посвященных Холокосту.

Родившись в Ростове-на-Дону, в музыкальной семье, Гнесин поступил в класс композиции Римского-Корсакова (вместе с Игорем Стравинским и Максимилианом Штейнбергом) в Санкт-Петербургскую государственную консерваторию в 1901 году после того, как ему отказали в Московской консерватории из-за еврейской квоты. Во время учебы в Консерватории Гнесин принимал участие в революционной деятельности. В 1908 году он помог основать Общество еврейской народной музыки, целью которого было развитие еврейской национальной музыкальной школы. С 1914 года композитор начал сознательно использовать еврейские и идишские музыкальные традиции в своих произведениях, он дважды ездил в Палестину (в 1913-14 и 1921-22), в поисках вдохновения. После российской революции 1917 года еврейское искусство и музыка начали бурно развиваться, и Гнесин переживал наиболее продуктивный период в своем творчестве. Среди его произведений струнный квартет, «Вариации на еврейскую народную тему» (Variations on a Jewish Folk Theme, 1917); «Симфоническая фантазия (в еврейском стиле)» (Symphonic Fantasia), «Песнь о древней родине», соч. 30 (Song of the Ancient Homeland, 1918-19); опера «Маккавеи» (The Maccabees, 1921) и опера на иврите «Юность Авраама» (Abrahams Youth, 1921–22), которая явилась попыткой создания «великой еврейской оперы» в стиле оратории. Песенные сочинения на произведения русской поэзии, такие как «Три еврейские песни» (Three Jewish Songs) на слова русских поэтов, соч. 32 и музыка к «Повести о рыжем Мотеле», соч. 44 (Tale of the Red-Headed Mottele, 1926-29), вокальный цикл, написанный на тексты на русском и идише, символизирует стремление Гнесина создавать русскую еврейскую художественную музыку.

Гнесин испытывал давление от нарастающего антисемитизма в 1930-х годах и склонялся к тому, чтобы покинуть Россию, опасаясь за будущее евреев в своей стране. Несмотря на то, что он был довольно уважаемым композитором и педагогом (был профессором Ленинградской консерватории с 1935 по 44 годы), он подвергался нападкам со стороны Российской ассоциации пролетарских музыкантов (РАПМ) и обвинялся в реакционном формализме и буржуазном национализме. Его брат был казнен в 1937 году, обвиненный в антибольшивизме, два друга Гнесина также были казнены в конце 1930-х годов. Композитор был вынужден прекратить популяризацию еврейской музыки и отказаться от работы над оперой на идише о восстании Бар-Кохбы. Когда нацисты вторглись в Советский Союз, Гнесин эвакуировался сначала в Йошкар-Олу, а затем в Ташкент. Сын Гнесина, Фаби, опередил своего отца в Ташкенте, но, к сожалению, скончался до приезда композитора.

Фортепианное трио «В память о наших погибших детях» – это одночастное сочинение для фортепиано, скрипки и виолончели. Оно романтично по стилю и не включает явные еврейские музыкальные приемы. Гнесин изначально хотел назвать пьесу реквиемом, но его заставили убрать этот термин. В России узнали о преследовании евреев нацистами, особенно после массовой казни советских евреев на Украине, но на тему Холокоста было наложено табу.

Начальная тема трио – солирующее скрипичное пиццикато, являющееся прямой цитатой из известной идишской песни  «Жил когда-то маленький еврей» (Amol iz geven a yidele), в которой сын и жена главного героя умирают. Композитор сознательно выбрал эту цитату (Гнесин писал об этом своей сестре в 1943 году), возможно, как намек на еврейские жертвы, чтобы обойти советскую цензуру. Не конкретизированное посвящение – «нашим погибшим детям» –позволило чиновникам рассматривать это произведение как памятник советским (не еврейским) жертвам. Что касается самого Гнесина, вполне вероятно, что его трио оплакивает коллективную гибель как советских и еврейских детей, так и личную потерю его сына Фабия. Вторая тема пьесы, как упоминается Гнесиным в сноске к партитуре, основана на мелодии, которую Фабий написал, когда ему было восемь лет. Развитие этой темы, как писал композитор, получило новую интерпретацию в качестве собственной скорби. Во время исполнения трио раздавали программку, содержащую следующие слова композитора:

Автор стремился не только отразить нашу общую печаль по нашим детям, ученикам, юным друзьям, погибшим в боях за родину, замученных врагом в оккупированных городах, умерших в обстановке эвакуации. Автор хотел как бы восстановить в памяти слушателей облик этих молодых людей — живыми, юными — от детских мечтаний и игр, от юношеской недовоплощённой любви и устремлений к подвигам — до подлинных первых достижений и внезапной гибели. Этим объясняется то, что в этом произведении наряду со страницами элегическими и трагедийными – немало страниц чрезвычайно светлых. Эпизоды, относящиеся в этой пьесе к поэзии детских переживаний (первая побочная тема сонаты), построены на теме, сочинённой сыном автора Фабием Гнесиным, ныне погибшим, когда ему было всего восемь лет.

Трио не было опубликовано и отсутствует в концертном репертуаре, несмотря на недавнее утверждение исследователей, что это первая значимая советская композиция о Холокосте военного времени. Двусмысленность его содержания возможно до недавнего времени помешала трио считаться музыкальной произведением памяти Холокоста.

В 1948 и 1949 годах композиторы, в том числе Александр Веприк и музыковед-фольклорист Мойше Береговский, были арестованы и отправлены в ГУЛАГ по обвинению в космополитизме, формализме и антисоветском еврейском буржуазном национализме. Гнесин, несмотря на риск ареста из-за участия во время войны в дискуссиях о создании еврейской республики, выступил против репрессий по отношению к композиторам и противостоял Жданову по этим вопросам. Композитору удалось избежать преследования, но власти угрожали закрыть отделение композиции Государственного музыкального училища им. Гнесиных (ныне Российская музыкальная академия им. Гнесиных), которое было основано сестрами композитора в 1895 году и в котором работал сам Гнесин. Композитор был вынужден уйти в отставку и передать дела своему ученику Араму Хачатуряну. В 1953 году Гнесин подвергнут публичному осуждению, но ему снова удалось избежать репрессий, на этот раз, возможно, из-за смерти Сталина, наступившей в том же году. В 1957 году в Москве композитор скончался.

Абей Макки

Срисок литературы

Loeffler, J. (2014) ‘In Memory of Our Murdered (Jewish) Children”: Hearing the Holocaust in Soviet Jewish Culture’ Slavic Review, 73 (3), 585-611

Sitsky, L. (1994) Music of the Repressed Russian Avant-garde, 1900-1929 (Connecticut: Greenwood Press)

Sabaneev, L. and Pring, S. W. (1929) ‘The Jewish National School in Music’ The Musical Quarterly, 15 (3), 448-468