Песни Лодзинского гетто

Летом 1940 года еврейское население было заперто в Лодзинском гетто. По общему мнению, число евреев в Лодзе колебалось в пределах от 230 тысяч до 250 тысяч. Кроме этого, в Лодзинское гетто в ноябре 1941 года депортировали 5 тысяч цыган из Австрии. Ликвидация гетто началась летом 1944 года, и когда в конечном итоге гетто было освобождено Советской армией в январе 1945 года, в гетто находились около 877 человек, оставленные нацистами для проведения операций по очистке.


Лодзинское гетто превратилось в крупный трудовой лагерь, полный цехов и заводов. Голод, перенаселенность и антисанитарные условия привели к возникновению эпидемий, чаще всего тифа. Обитатели гетто не имели никаких контактов с враждебно настроенным внешним миром, все другие виды связи были также запрещены.

Гетто управлялось двумя отделами немецкой местной власти: политическими и полицейскими силами, и административными и экономическими подразделениями, которые были в основном сосредоточены в муниципалитете Лодзя. Городской муниципалитет, в отличие от политического и полицейского отделов, исполнял функции, которые оккупанты считали конструктивными, целью которых являлось использование всех трудовых ресурсов гетто для работы. Главой администрации гетто был Ганс Бибоу. Внутри гетто существовала внутренняя еврейская администрация Юденрат, созданная по приказу немецких властей. Юденрат возник раньше, чем гетто, и отвечал за отправку в гетто еврейского населения из разных районов Лодзи, находил для них жилье и впоследствии обеспечивал некоторые виды общественной жизни. Главной фигурой еврейской администрации являлся Мордехай Хаим Румковский. 13 октября 1939 года он был назначен немцами официальным правителем гетто и назывался Старшим из евреев. В Лодзи, Совет Старейшин (нем. Altestenrat, или точнее Beirat, известный в других гетто, как Юденрат), существовал только как группа консультантов, так как власть была быстро захвачена председателем Юденрата Румковским.

Вспоминают, что контакт с внешним миром был в руках у немцев, также как и контроль над поставками продовольствия, которым в то время занимался Департамент Продовольственных Поставок и Экономики под руководством Ганса Бибоу. Изоляция усугублялась изъятием из частных домов телефонов и радиоприемников. Почта была ненадежна и подвергалась цензуре.

Первый год существования гетто был относительно спокойным. 7 декабря 1941 года первый нацистский лагерь смерти в Хелмно начал работу в экспериментальном режиме. Первыми убитыми в газовых камерах стали евреи из нескольких городов близ Лодзи, лодзинский цыганский табор целиком и евреи самого Лодзи. В период с января по май 1942 года были убиты 54 900 человек – более одной трети населения гетто. С января 1942 года по апрель 1943 года гетто было обязано поставлять по 1000 человек ежедневно. В течение второго года немцы начали переселять в гетто евреев из Восточной Европы. К концу лета 1942 года в гетто стали отдаваться приказы на массовые уничтожения. В течение восьми дней между пятым и двенадцатым сентября 1942 года более чем 20 тысяч больных, стариков и детей были отправлены в лагерь смерти Хелмно. К концу первой волны уничтожения нацисты уничтожили более чем 250 тысяч человек. После депортаций 1942 года в Лодзи наступил период относительной стабильности. Промышленность гетто становится нужной для нацистской военной машины, и нацистский контроль над гетто становится более явным, чем раньше. Тем не менее, немцы принимают решение о ликвидации гетто, и тогда Гиммлер поручает Артуру Грейзеру, нацистскому коменданту Вартеланда, организовать депортацию из гетто в Хелмно и Освенцим. К лету 1944 года ликвидация гетто становится всеобъемлющей. 

Культурная жизнь Лодзинского гетто

Культурная жизнь Лодзинского гетто стала отдельной главой еврейской культуры, которая была продолжением созидательной и адаптивной культуры, существовавшей с момента поселения евреев в Польше в 13 веке, но изменившей форму из-за репрессивной обстановки. Отдельные исполнители и организованные представления были как глоток воздуха для обитателей гетто. Концерты и театральные представления происходили в Доме культуры, основанном Румковским. Большинство концертных программ содержало еврейские обертоны. Давид Бейгельман (1887-1944) обычно был дирижером концертов, и он также сочинял пьесы. В Доме Культуры было четыре сотни мест, профессиональное оборудование сцены, освещение и тому подобное. Кроме существовавшего в гетто симфонического оркестра, там находились Хоровое общество гетто Хазамир и Театр Ревю. Румковский и его помощники присутствовали на большинстве шоу и подвергали цензуре песни и скетчи, которые находили критическими. Моше Пулавер был директором театральной труппы. На сцене Дома Культуры были показаны восемьдесят пять шоу-программ начиная с его открытия и до конца 1941 года, которые посетили более семидесяти тысяч человек. Дом Культуры был официально закрыт летом 1942 года и переоборудован под фабрику по изготовлению одеял и подушек, шоу закончились вместе с летом.

Кроме театра, существовали представления в различных молодежных клубах, до конца 1942 года действующих в Марысине, зеленом районе гетто. Кроме того, уличные развлечения для детей и взрослых стали местом выражения протеста и страданий повседневной жизни в гетто. Из многих уличных исполнителей в памяти выживших остался один, Янкеле Гершкович, чьи песни были позже восстановлены и представлены на этом сайте. Уличные выступления были мобильным кабаре, предлагая социальную и политическую сатиру, юмор и пародии на популярные песни под влиянием повседневной жизни гетто. Исполнители пели для публики, жаждавшей не только хлеба и картошки, но и свободы выражения. Эти выступления также подвергались цензуре со стороны еврейских властей. После огромной по масштабам депортации, эти певцы (среди них и Янекеле Гершкович) не смогли больше оставаться на улицах, потому что никто не мог "заплатить" им едой. Тогда они нашли рабочие места на одном из предприятий гетто и там продолжили свои выступления.

Любительская сцена на рабочем месте стала обычным явлением, особенно после закрытия театра и прекращения уличных спектаклей, когда оставшиеся артисты стали выступать на рабочих местах. Такие спектакли продолжались до июня 1943 года, когда Румковский постановил, что больше не должно быть таких представлений, из-за того, что одна из пьес подвергала критике его авторитет.

В дальнейшие годы художественная активность продолжалась в домашней и частной обстановке. Чтение стихов, декламации, танцевальные выступления, пение и молитвы продолжались до ликвидации гетто.

Песни, которые представляют Лодзинское гетто на этом сайте, в основном принадлежат уличному певцу Янкеле Гершковичу, некоторые – Театру Лодзинского Гетто, несколько – выжившим обитателям, которые сочиняли песни для своих семей, немногие – исполнялись на рабочих местах и в организациях юношеского движения. Песни рассказывают историю жизни в Лодзинском гетто, словами и музыкой и связывают прошлое и настоящее и выражают надежду на будущее, свободу и гуманные условия еврейской жизни.

Гила Флам

Список литературы

Ben-Menachem, Arieh and Joseph Rab, ed. The Chronicle of the Łódź Ghetto 1941-1942, 4 volumes, Jerusalem: Yad Vashem 1986-1989 (in Hebrew)

Dobroszycki, Lucian, ed. The Chronicle of the Ghetto, 1941-1942, New Haven: Yale University Press, 1984

Fater, Isaschar; Yiddishe musik in poyln tsvishn baye velt milkhomes [Jewish music in Poland: Between the two world wars].  Tel Aviv: Welt Federatsie Fun Poylishe Yidn {In Yiddish} 1970

Flam, Gila; Singing for Survival: Songs of the Łódź Ghetto 1940-1945 of Illinois Press, Urbana and Chicago, 1992

Frenkiel, Yechiel; “Theater and Other Artistic Activities in Łódź Ghetto, 1940-1944,” in Bamah Drama Quarterly 103: 12-42 (in Hebrew), 1986a

Frenkiel, Yechiel; “Theater and Other Artistic Activities in Łódź Ghetto, 1940-1944,” part 2, in Bamah Drama Quarterly 104: 38-60 (in Hebrew) 1986b

Kaczerginsky, Shmerke; Lider fin di getos un lagern [songs of the ghettos and concentration camps], New York: CYCO (in Yiddish) 1948

Mlotek, Eleanor and Malke Gottlieb, ed. We Are Here: Songs of the Holocaust, New York: Hippocrene Books and Workmen’s Circle Education Department, 1983

Pups, Rute; Dos lid fun geto {The song of the ghetto}, Warsaw: Yiddish Bukh. (in Yiddish) 1962

Zylbercweig, Zalman, Leksikon fun yidishn teater [Lexicon of Yiddish Theater} 5 volumes. New York: Elisheva (in Yiddish) 1959-1967