История жизни Густава Хавеманна - одна из наиболее поразительных и малоизвестных в музыкальной истории ХХ века. Мучимый неуверенностью в себе, жаждущий признания со стороны любого стоящего у власти лидера, этот талантливый скрипач и дирижер следил за любыми значительными переменами в политической и культурной жизни Германии. Он спокойно переходил от модернизма Веймарских времен и дружеского расположения по отношению к еврейским музыкантам к роли идеолога и приверженца нацистской музыки. На этом фоне еще более неожиданной стала успешная музыкальная карьера и репутация антифашиста, которую Хавеманн заслужил в ГДР.

До увлечения идеями нацизма, Хавеманн был известным сторонником "левых" политических течений. Он родился 15 марта 1882 года в немецком городе Гюстров. Сын музыкантов, Густав с раннего возраста учился играть на скрипке. Еще юношей он стал концертмейстером в Любеке, затем перевелся в Гамбург, Лейпциг и Дрезден. В конце концов он получил должность преподавателя в Берлинской Музыкальной Академии, где и проработал до конца Первой Мировой Войны. В либеральные межвоенные годы Веймарской Республики Хавеманн основал и возглавил один из наиболее интересных  музыкальных коллективов своего времени - Струнный квартет Хавеманна. Музыканты под управлением Густава Хавеманна быстро завоевали репутацию популяризаторов современной и авангардной музыки, они сделали известными произведения таких композиторов, как Пауль Хиндемит и Арнольд Шёнберг.

Переход Хавеманна в лагерь приверженцев нацизма не столь удивителен, как может показаться на первый взгляд. Вступив в организованный Альфредом Розенбергом Боевой союз за немецкую культуру (нем. Kampfbund für deutsche Kultur, KfdK), Хавеманн стал ведущим музыкантом берлинского отделения Союза. В 1932 году он основал в Берлине оркестр и стал его дирижером и руководителем. В 1932 году, когда в Гамбурге организовывали концерт, посвященный дню рождения Брамса, Хавеманн отказывался участвовать в программе до тех пор, пока среди исполнителей будет хоть один еврей.  Подобные расистские настроения (правда, неофициальные) витали в воздухе еще до того времени, когда нацистский режим обрел полную силу. Так что скрипач и дирижер Хавеманн действовал на свой страх и риск, без официальной поддержки. Один из современников Хавеманна прокомментировал это так: "Он играет в абсолютно пустых залах; эти смехотворные представления искусственно поддерживают зевающие коричневорубашечники".

Захват власти нацистами в 1933 году лишь поддержал рвение Хавеманна в его борьбе с евреями в немецком музыкальном сообществе. Он стал одним из ведущих деятелей Имперской палаты по делам музыки (нем. Reichsmusikkammer), а также, как член партии и представитель Боевого союза, работал над реорганизацией Берлинской Музыкальной Академии. Он сместил с поста директора этого заведения Франца Шрекера, уволил  Георга Шунеманна с поста вице-директора Академии, но все же не достиг своей конечной цели. Хавеманн не стал  директором Берлинской Музыкальной Академии. Однако, он оказал значительное влияние на распределение других должностей, особенно  тех, которые прежде занимали немецкие евреи и иностранцы. Кроме того, под влиянием Хавеманна произошли перемены и в немецких музыкальных школах. Как сказал в своей речи один из новых директоров школ:

Мы заинтересованы не просто в поощрении музыкантов, а в обучении тех из них, кто считает свою профессию святым общенародным делом, основанным и на духовном и на материальном взгляде на мир.

Отмечая успехи в деле очистки музыкального мира Германии от "нежелательных элементов" и воздавая должное Адольфу Гитлеру, Хавеманн  сказал:

В Германии музыканты занимают привилегированное положение по сравнению с музыкантами в других странах, потому что они являются членами Имперской палаты по делам музыки.

Несмотря на эти успехи, карьера Хавеманна в нацистской Германии была отмечена скандальными происшествиями и провалами. В начале 30-х годов Хейвманн стал инициатором увольнений многочисленных еврейских музыкантов и закрытия музыкальных организаций, как еврейских, так и  и находящихся под "еврейским влиянием". Несмотря на эти неприкрытые проявления антисиметизма,Хавеманна называли "еврейским любовником" из-за печально известного романа с еврейкой. Подмоченная репутация обернулась против Хавеманна в знаменитом "скандальном деле Хиндемита. Несмотря на модернистское творчество, Хавеманн помог Хиндемиту сохранить должность в Берлинской Музыкальной Академии. Но скандал с оперой "Художник Маттис" серьезно повредил Хавеманну, Фуртвенглеру и самому Хиндемиту. Очевидно, не до конца понимая политическое значение этого музыкального скандала, Хавеманн выступил в защиту модернистского произведения на стороне композитора Штрауса и дирижера Фуртвенглера. Геббельс включил музыканта в неофициальный "черный список", это привело к увольнению Густава Хавеманна с руководящего поста в Имперской палате по делам музыки в конце 1934 года.

Это увольнение и участие в  "скандале Хинтемита"  помогли Хавеманну восстановить свою репутацию после войны. Хавеманну удалось сгладить свою роль в деятельности Имперской палаты по делам музыки и увольнении многочисленных еврейских музыкантов, к чему он был лично причастен. В послевоенной Германии Хавеманн заявил о своей позиции антифашиста и последовательном сопротивлении нацистскому режиму. Этот идеологический хамелеон умер 2 января 1960 года в маленьком городке Шёнайхе недалеко от Берлина.

Список литературы

Dumling, Albrecht. (1993). “On the Road to the "Peoples' Community" [Volksgemeinschaft]: The Forced Conformity of the Berlin Academy of Music under Fascism” The Musical Quarterly 77 (3): 459-483.

Kater, Michael H. (1997). The twisted muse: musicians and their music in the Third Reich. New York, Oxford University Press.

Levi, Erik. (1994). Music in the Third Reich. Basingstoke, Macmillan.

Meyer, Michael. (1991). The politics of music in the Third Reich. New York, P. Lang.

Prieberg, Fred K. (1982). Musik im NS-Staat. Frankfurt am Main, Fischer Taschenbuch Verlag.